Создание мобильных приложений в Тамбове

Экономика Тамбовской области держится на агропромышленном комплексе, переработке и торговле, и это заметно по заявкам. Одним нужен инструмент для людей на земле: весовщика на току, агронома в поле, водителя зерновоза. Другим – клиентский сервис в телефоне: заказ, запись, бонусы, оплата. Задачи разные, но обе упираются в один и тот же вопрос, который принято откладывать на потом: какие сведения о людях вы собираете, где их держите и кто внутри компании имеет к ним доступ. Начнём именно с практики, а не с общих слов.

Что просят агропредприятия и переработчики

• приём и взвешивание: талон на машину, фиксация веса и влажности, электронная очередь на разгрузку;
• полевые работы: отметка обработок, расход препаратов и топлива, фотоотчёт с координатами;
• снабжение и сервис техники: заявка на запчасть, вызов инженера, история ремонтов;
• торговля продукцией: прайс для оптовиков, заявка, отгрузочные документы;
• кадры на сезон: график смен, табель, инструктажи.

Каждый из этих сценариев тянет за собой персональные данные сотрудников и контрагентов, а иногда и геолокацию, которая тоже относится к сведениям о человеке, если её можно связать с конкретным работником.

Городские сервисы: розница, медицина, фитнес

Вторая половина заказов приходит из городской экономики. Пекарни и кофейни просят карту лояльности в телефоне вместо пластика, доставка – заказ с отслеживанием курьера, клиники – запись к врачу с реальным расписанием и выдачей результатов, фитнес-клубы – абонементы и бронирование занятий. Приложение здесь оправдано не «престижем», а частотой: если клиент возвращается раз в неделю, он поставит иконку на экран. Если раз в год – достаточно хорошего сайта, и мы честно об этом говорим ещё на первой встрече.

Требования закона к обработке данных

Компания, которая собирает через приложение имя, телефон, адрес доставки или медицинские сведения, становится оператором персональных данных. Отсюда набор обязательств: уведомить надзорный орган, опубликовать политику обработки и сделать её доступной прямо из приложения, брать согласие явным действием пользователя, хранить базы на серверах в России. К этому добавляются технические меры – шифрование канала, ограниченные права администраторов, резервное копирование в российском контуре. Мы вписываем всё это в задание на старте: переделать авторизацию и структуру хранения после релиза стоит дороже, чем спроектировать их сразу. Юридическую сторону разбираем в отдельной статье.

Учётная запись: как войти и как закрыть доступ

Клиентов пускаем по коду на телефон – паролей нет, значит, красть и подбирать нечего. Ставим лимит на количество запросов кода с одного номера и устройства, иначе автоматические скрипты быстро найдут вашу форму и начнут жечь СМС-бюджет. Токен устройства делаем отзываемым, чтобы пользователь мог выйти на всех телефонах разом. Для сотрудников схема другая: учётные записи заводит администратор, привязка идёт к должности, а при увольнении доступ и локальные данные на устройстве гасятся из панели управления. Мелочь, о которой вспоминают поздно, – именно через телефон бывшего менеджера чаще всего уходит клиентская база.

Разграничение прав в распределённой компании

Когда у предприятия несколько площадок, права доступа перестают быть формальностью:

• весовщик заносит данные, но не редактирует чужие записи;
• логист видит рейсы и графики, но не себестоимость;
• бухгалтерия работает с суммами, не читая переписку с клиентами;
• руководитель получает сводку по всем площадкам сразу.

Проверку прав ставим на сервере при каждом обращении к данным, а не только прячем разделы в интерфейсе. Сверху – журнал операций с указанием пользователя, времени и устройства: в спорной ситуации он отвечает на вопрос «кто изменил цифру» за минуту.

Приём оплаты и фискальные чеки

Работаем с российскими платёжными шлюзами и системой быстрых платежей. Карточные реквизиты идут мимо вашего сервера – приложению возвращается только результат и идентификатор операции, поэтому хранить у себя нечего. Чек пробивает онлайн-касса и отправляет покупателю. Для оптовых сценариев чаще нужен не эквайринг, а выставление счёта и статус оплаты из учётной системы. Отдельно предупреждаем про правило Apple: платный цифровой контент внутри приложения для iPhone продаётся только их механизмом покупок, тогда как товары и офлайн-услуги под это ограничение не попадают.

Как считается бюджет и сколько придётся ждать

Пишем кроссплатформенно, поэтому Android и iOS выходят из одной кодовой базы – при равном объёме функций это заметно дешевле двух нативных проектов. Обмен с 1С настраиваем в обе стороны: справочники и остатки приезжают в приложение, документы и заявки уходят обратно. По времени: клиентский сервис с каталогом, оплатой и бонусами – около 10 недель; производственное приложение с ролями, офлайн-режимом и интеграциями – 4–6 месяцев. Смета собирается из проектирования, оформления экранов, работы программистов на сервере и в мобильной части, проверки на живых телефонах, выкладки в магазины и первого месяца сопровождения. Ориентиры по бюджетам собраны в разделе цен.

Частые вопросы

Мы в районе области, приезжать в город некогда. Как работать? Полностью дистанционно: обсуждение по видеосвязи, макеты и сборки на вашем телефоне, документы в электронном виде.

Сколько занимает выкладка в магазины приложений? RuStore обычно проверяет за один-два дня, Google Play – до нескольких дней, App Store дольше и придирчивее. Заложите в план одну-две недели с запасом на возможные замечания модераторов.

Останется ли приложение нашим, если мы сменим подрядчика? Да. Аккаунты разработчика оформляются на вашу компанию, исходный код и документация передаются вам, продолжить работу может любая команда.

Позвоните по номеру +7 (901) 417-22-12, опишите задачу в свободной форме – мы разложим её на функции, назовём срок первой версии и подскажем, что можно отложить на второй этап без потери смысла.